вторник, 12 мая 2015 г.

Krivoy Rog





                                                                                   Mariupol-city







                      К  Р  И  В  О  Й

                                        Р  О  Г


               С 19 мая1989 года по 31 мая 1991 года наш сын служил в армии. Точнее демобилизовался он раньше, но домой приехал именно 31 мая. Большую часть времени он служил в Германии, которая как раз в то время объединялась. 1991 год, развал СССР…
                  О его службе я толком ничего не знаю, и рассказывать не буду. Скажу только, что был обыкновенным солдатом. А вот домой приехал в гражданской одежде. Так им приказали, во избежание каких-то неприятностей.
                 Но, каким-то путем, он смог  приобрести довольно много вещей. Кроме того, что он приехал полностью одетый по тогдашней моде и с запасом одежды, он ещё и приобрел, дефицитные тогда, видиомагнитофон «Шарп» и переносной музыкальный центр.
               Но, привезти простому солдату такие дефицитные штучки было невозможно. Их на таможне досматривали и забирали все лишнее, по своему усмотрению. 
              Он каким-то путем уговорил двух сверхсрочников-прапорщиков и они привезли каждый по одной вещи. Один привез в Кривой Рог видеомагнитофон, а другой – в село в Тернопольской области музыкальный центр.
               Вот, кажется в апреле 1991 года, нам надо было ехать в Кривой Рог и забрать видеомагнитофон у мамы его знакомого прапорщика. Это недалеко и вполне можно обернуться за день. То есть не нужно отпрашиваться на работе, а съездить в свой выходной.


              Мы с супругой подгадали, чтобы мой выходной попал на субботу, и выехали автобусом в Кривой Рог. Предварительно, конечно, созвонились с мамой прапорщика.


              Приехали в Кривой Рог, снова позвонили из телефона-автомата этой женщине. Она рассказала, как лучше добраться до её дома от автовокзала. И встретила нас на улице, когда мы добрались до дома. Мы ей показали паспорта, и она пригласила нас в квартиру. При этом она разговаривала на чистом украинском языке.
              Я то украинский знаю хорошо, все понимаю, хоть  родился и учился в школе в России и украинский, понятно, не учил. Но без практики разговариваю плохо. А вот супруга обучалась в украинской школе и по-украински говорит свободно. Она рассмеялась, когда я с хозяйкой квартиры попытался говорить на украинском языке. И сказала, чтобы я не уродовал язык. Лучше молчи, - сказала она.

               Ну, разговаривать нам с хозяйкой, в общем-то, было не о чем. Мы забрали коробку с видеомагнитофоном, поблагодарили хозяйку и попрощались. Сразу же поехали на автовокзал, и домой в Жданов.


              Во избежание неприятностей с сыном, мы решили не открывать коробку с видеомагнитофоном до его возвращения из армии. Тем более что пользоваться им мы всё равно не умели.
             Сын, после возвращения из армии, какое-то время отдыхал. А потом они с супругой собрали ехать в Тернополь за  музыкальным центром.

           

Поехали они поездом. В Тернополе они пересели на рейсовый автобус  шедший в нужное им село (уже забылось название).


Ехали они в это село недолго-около часа. Намного дольше им пришлось добираться к необходимому дому. А там дома расположены в горах на довольно большом расстоянии друг от друга.


У каждого хозяина как-бы свой хутор. Они шли в гору более часа. Снова показали маме прапорщика паспорта, и она отдала им коробку с музыкальным центром.
Поблагодарили хозяйку и потопали назад, к остановке автобуса.


          
Вскоре подошел автобус, и они часам к двум дня добрались до железнодорожного вокзала в Тернополе. А там огромная очередь в кассу. Но супруга с сыном разделились и стали сразу в две кассы. Довольно быстро взяли билеты, сели на поезд и домой.
          Уж не помню сколько точно, сын гулял после армии. Кажется  чуть более двух месяцев. Потом супруга устроила его сапожником в Доме Быта.

Но проработал он там недолго. Мастерская большая и заработки у него были небольшие, так как молодой.
         И он с друзьями открыл видеопрокат.


В самом пункте проката работали его друзья, а он поставлял им видеокассеты. Музыкальный центр, который они с супругой привезли из Тернополя, он поменял на второй видеомагнитофон и стал копировать видеокассеты. Видеомагнитофоны работали у нас целыми сутками.



             Так у сына появились первые нормальные деньги. Параллельно он с одним из своих друзей начал осваивать страховой бизнес. И через год, после прихода из армии, они с другом открыли свою первую страховую компанию. Но, это уже совсем другая история…




май 2015           

понедельник, 4 мая 2015 г.

The Past-5 or Babes



                                                                                   Mariupol-city







            Б Ы Л О Е – 5

                       или


                                                     детки



             Продолжение. Начало смотрите в    Былое-4.



                     Наших деток в то время наблюдала врач детской поликлиники Кучмий В.А.Мы до сих пор, с благодарностью, вспоминаем этого врача. Когда супруга выписалась из больницы, врач приходила каждый день и наблюдала дочку.
                   И вот, я рассчитываюсь из пароходства и перехожу в порт, а у дочки, которой всего около двух месяцев, начался нескончаемый понос и прыгает температура тела. Супруга в панике. А  Кучмий говорит, что это какая-то инфекция и надо срочно в больницу.

Оказалось, что у дочки стафилококковая инфекция – заразили в роддоме. И что делать? Я устраиваюсь на новую работу, супруга в больнице, а что делать с  сыном? Пришлось вызвать из Ейска моего отца. Он забрал сына и немного развязал мне руки.

               В учебном комбинате тогда обучались 45 дней, и все занятия проходили в дневную смену, т.е. с 08.00 до 17.00.Частенько отпускали раньше. И я летел в больницу. Опять пеленки- стирка, глажка и доставка их в больницу. Ну и продукты, конечно.


          
  А в больнице у супруги свои проблемы. Ребенок-то маленький и обычно таким детям уколы делают в головку, где хорошо видны вены. Супруге пришлось подраться с операционной медсестрой и категорически запретить ей уколы в голову. Но это ещё не все. Понадобился антистафилакокковый гаммаглобулин, которого в больнице не было. Ищите, - говорят, - иначе…

          
Я пошел в горздвавотдел к главврачу. С большим трудом выдали одну ампулу гаммаглобулина. А надо было пять ампул. Я сразу сообщил в Херсон тещё об этой проблеме. Ну, Херсон это областной центр. Теща подключила всех своих родственников и смогла купить недостающие четыре ампулы и передать мне их автобусом.



 Всего в больнице супруга с дочкой пролежали месяц.
             Как только дочке стало лучше, прекратился понос, супруга сбежала из больницы. Сбежала, потому что не отпускали врачи. А ей больничный лист был не нужен, она ж не работала до родов. Это было уже в апреле 1976 года. Спустя некоторое время привезли из Ейска сына.




          Дочка начала разговаривать в восемь месяцев. Припоминаю, как пришел я за ней в ясли. А ей было чуть более года. Спрашиваю, как там наша девушка? Вы знаете, - отвечает воспитательница, - красота! Она одна разговаривает, а остальные мычат. Вот так разговорилась, что и до сих пор не может остановиться!



        

Летом того же года решились мы на эксперимент. Говорим сыну,- Ты ж уже большой пять лет, а сестре нужно молоко, так что давай иди  в магазин за молоком. Если кто помнит, тогда в магазинах продавали молоко на разлив. Дали сыну бидончик из капрона с притирающейся крышкой и сказали, что если в ближайшем магазине молока нет, то иди в дальний. Это был магазин «Дружба», он находился где-то метрах в восемьсот от нашего дома.
          Сын вышел, а я за ним. Пять лет пацану. Идет, зыркает по сторонам, отвлекается. Я, где-то по середине пути, подошел к нему. Сказал, что иду на работу и сказал,чтобы он не отвлекался и шел в магазин. Подходит он к магазину, а там очередь за молоком человек семьдесят.

Очередь закрутилась в два кольца. Стал он в очередь, но стоит не спокойно. Пришлось снова подойти к нему и успокоить. Достоял он очередь, купил молока и направился домой. Тогда между магазином  «Дружба» и нашими домами был пустырь. Сейчас там рынок 17-го микрорайона.
        Идет сын через пустырь. И встретил какого-то пацана, чуть старше его по возрасту. И они начали играть. Смотрю, а бидончик с молоком уже летает по пустырю. Хорошо, что крышка у бидончика притиралась, молоко не разлилось. Пришлось мне снова подойти к мальчишкам, забрать сына и домой.

       Сын в школе учился так себе. В школу вызывали только папу раза два в неделю. До армии у нас с супругой не было ни одной спокойной минуты с ним. А вот из армии пришел уже совсем другой человек. Вскоре окончил академию - магистр.
              Дочка в школе училась хорошо. Я вообще к ней в школу не ходил. А супруга была всего пару раз. Потом сказала, что больше не пойдет. Дочь учится хорошо, а слушать сплетни за других учеников она не хочет. Фотография дочери была на доске почета до седьмого класса. Вполне могла претендовать на золотую медаль, но мы не стали её напрягать. В аттестате была всего одна лишняя четверка. Потом был институт.
           На данный момент у обоих наших детей по двое своих. Старшие – взрослые. А в мае прошлого года старшая дочь сына сделала его дедом…




Май 2015 года

пятница, 1 мая 2015 г.

The Past-4 or Babes



                                                                            Mariupol-city






                           Б  Ы  Л  О  Е  -  4

                        или

                                                    детки



 

                    Январь 1976 года. Я ещё работаю в Азовском морском Пароходстве. Супруга беременная вторым ребенком, дохаживает последние дни перед родами. Старшему сыну ещё не было и пяти лет.
                 Тут надо немного рассказать об этой беременности супруги. Она, понятно, наблюдалась у гинеколога.
И вот, в один из очередных осмотров, врач и говорит ей, - О, а у нас тут двойня! И все, супруга потеряла покой! Слёзы, невотрепка постоянная.  Зачем нам двое, - говорила, - один уже есть, его надо поднимать, и ещё двое!
А не в моей родне, не в её  двойни никогда не рождались.
               В общем, последние три месяца беременности был накал страстей. Пришлось даже сходить на рентген, там сказали – один ребенок. Но супруга все равно переживала вплоть до самых родов.
             И вот январский вечер. К нам пришла соседка со второго этажа, Нина Ч. И в это время во всем микрорайоне выключили, почему-то, свет. А тогда ещё не было веерных отключений. Что-то где-то поломалось.
               И вот мы все стоим на кухне, зажгли свечку. И супруга говорит, что у неё, кажется, начались схватки. Я говорю ей, давай вызывать скорую помощь. Она упирается, не хочет. Соседка её тоже уговаривает. Все равно упирается.
             Я решил все-таки вызвать скорую. А телефона у нас тогда ещё не было. Надо идти к телефону - автомату, это около двухсот метров. Иду, что делать. Подхожу к телефону-автомату,
а там наша соседка с третьего подъезда разговаривает со своим бывшим мужем, рыдает и просит его вернуться. А тот не хочет, судя по разговору, который я слушал. Постоял минут десять и понял, что это выяснение отношений надолго.
         Иду к другому автомату, благо было недалеко. Вызвонил скорую и вернулся домой. Скорая приехала быстро. Сына оставили у Нины, я сел в машину вместе с женой, поехали. Говорят, что едем на Левый берег в роддом. А это неблизко, километров пятнадцать, а то и поболее.

         Приехали в роддом, в приемный покой. Супруга уже разделась, стоит в рубашке. И тут дежурный врач говорит, - А вы неправильно к нам приехали, вам надо в третью городскую больницу, в роддом. Езжайте туда. Ну, мы спорить не стали, супруга оделась, и поехали назад. Это еще такое-же расстояние.

          В приемном покое супругу приняли около 22.00, и я ушел. Далее, со слов супруги, она почувствовала, что вот-вот родит. И сказала об этом дежурному врачу. Та рассмеялась, - Если к утру родишь, то хорошо. Супруга настаивает, - У меня вторые роды, я чувствую, что сейчас рожу. Врач с сомнением покачала головой, но согласилась посмотреть супругу и повела её в родильный зал.
       Только супруга влезла на родстол, как из неё выскочила наша дочка прямо в руки врачу. И та оказалась вся в крови. Она же не готовилась принимать роды и не надела фартук и все прочее. Весь белый халат оказался в крови.
       Я же троллейбусом добрался домой, забрал у соседки сына и мы легли спать. И только в шесть утра я пошел к телефону-автомату и позвонил в роддом.
Ваша жена родила в 22.15 дочку, - отвечают. Возвращаюсь домой и говорю сыну, что у него родилась сестричка.
       Я уже как-то замечал, что в Жданове (Мариуполь сейчас) у нас нет ни единого родственника. Так что вся организационная работа легла на мои плечи. То есть посещение роддома, а супруга лежала там с дочкой неделю, приготовление еды, стирка и глажка пеленок и т.д. и т.п. Я не работал, взял отпуск и отгулы. Но что-то надо было решать с работой.
         Выписали супругу с дочкой, пришла она домой. Но она сама не могла обслужить себя и двоих детей. Тем более что одна новорожденная. А мы жили на последнем, пятом этаже, в доме без лифта. В магазины, на рынки, понятно, ходил я. Ну и помощь по уходу за детьми.

         Когда закончились отпуск и отгулы, я работал в пароходстве. В основном нес вахту  на судах в судоремонтном заводе. Но долго это продлиться не могло. Меня, в конце-концов, направили бы на какое-нибудь судно. А супруга осталась бы сама с двумя детьми на пятом этаже, без какой-либо помощи.
        Я пошел в отдел кадров пароходства и попросил, временно, перевести меня  на какое-либо плавсредство в порт. А тогда было в порту несколько судов, которые обслуживали приходящие наши суда и иностранные, чаще всего на рейде. Рефрижератор, водолей и т.п. Да, в крайнем случае, я был согласен пойти работать на плавмастерскую. Там тоже были судоводители. Но получил в кадрах категорический отказ. Иди, - говорят,- на агломератовозы. Но, на агломератовозах работать ещё труднее, чем на судах загранплавания, только заработок намного меньше. Я ж уже возил агломерат на лихтере в 1969 году, и хорошо знал условия работы.
           Попытался найти работу где-нибудь в городе, безрезультатно. Судоводители в море элита, а на берегу – дворники. И я был вынужден рассчитаться из пароходства и перейти работать докером (т.е. грузчиком) в порт.
         В начале марта я перешел в порт и меня направили в учкомбинат, обучаться искусству перегрузки грузов в порту.
        Но тут случилось непредвиденное.




           Продолжение будет